Банковский кредит: проблемы теории и практики

§ 3. Уступка прав требования возврата кредита и уплаты процентов (часть 2)

Заметим, что в периодической печати встречаются весьма оригинальные обоснования возможности уступки права требования возврата кредита и права требования уплаты процентов за него. Так, В.Ю. Кононенко предлагает рассматривать кредитное обязательство в широком и узком смысле. "Кредитное обязательство заемщика в широком смысле этого термина, - по мнению автора, - предполагает целый ряд конкретных обязательств, в частности: вернуть полученный кредит, уплатить установленные проценты за пользование денежными средствами, использовать полученные средства по целевому назначению, оговоренному в договоре" <1>. "Обязательство заемщика в узком смысле этого термина, - как считает В.Ю. Кононенко, - состоит, к примеру, в том, чтобы вернуть в установленный договором срок по графику погашения кредита часть средств, полученных в банке, а не весь кредит" <2>. Автор полагает, что такое понимание кредитного обязательства заемщика (как в широком, так и в узком смысле слова) используется законодателем в ст. 384 ГК РФ, что означает не только возможность уступки как долга целиком, так и в части, но и возможность уступить "право требования возврата кредита одному лицу, а право требования процентов за пользование кредитом - другому <3>".



 

КонсультантПлюс: примечание.

Статья В.Ю. Кононенко "Уступка права требования и кредитные правоотношения: два взгляда на одну проблему" включена в информационный банк согласно публикации - "Банковское право", 2000, N 4.

 

<1> Кононенко В.Ю. Уступка права требования и кредитные правоотношения: два взгляда на одну проблему // Российский юридический журнал. 2001. N 2. С. 142.

<2> Там же.

<3> Там же.

 

На наш взгляд, в изложенной точке зрения усматривается ошибка в понимании термина "обязательство", в том числе термина "кредитное обязательство". Термин "обязательство" как в ст. 384 ГК РФ, так и во всех остальных статьях Гражданского кодекса используется в значении, определенном п. 1 ст. 307 ГК РФ, согласно которому содержание обязательства раскрывается не через наличие множества других обязательств, а через наделение одного лица субъективной обязанностью, а другого - соответствующим субъективным правом.